АННУЛИРОВАННЫЕ «МИЛЛИАРДЫ» КЕМЕРОВСКОГО «ИЗОБРЕТАТЕЛЯ»

Image

Аннулированные «миллиарды» кемеровского «изобретателя»

 

14 июня 2018 | Газета «Кузбасс»

2 апреля 2018 г. Коллегия ФИПС (Роспатента) поставила точку в разбирательстве по патенту №2604577 «Способ подогрева шахтного вентиляционного воздуха и устройства для его осуществления», признав его «недействительным полностью». Дело, казалось бы, рядовое, но на практике никак его к таковым отнести нельзя, поскольку касается оно очень разных тем. Здесь и наследие неразберихи, которая творилась при фиксации авторских прав в прошлом, и непонятные ситуации, позволяющие одному человеку «кошмарить» гигантов угольной промышленности на основании незаконных требований, и прорехи в патентном законодательстве, позволяющие устраивать интеллектуальную эквилибристику в вопросах авторского права. Но обо всем по порядку.

Яблоко раздора

История начинается в конце 90-х годов, когда «Кемеровским экспериментальным заводом средств безопасности» была разработана теплоустановка МТЭУ-ВНУ. Установка, по сути, является энергокомплексом, который подает воздух с заданной температурой в подземные выработки и промышленные помещения большой площади. МТЭУ-ВНУ очень быстро стала востребованной угольными компаниями, поскольку помимо всего прочего она чрезвычайно экономична в эксплуатации, а обслуживать ее может практически любой человек без особых навыков.

МТЭУ-ВНУ разрабатывал коллектив авторов «КЭЗСБ», в число которых входил и некий А.В. Кривошапко. У этого сотрудника завода были свои планы на плоды коллективного творчества. В 2008 г., не уведомив своих товарищей и руководство завода, он подал заявку на регистрацию изобретения. В 2010 году патент был им получен. Но, конечно же, в патенте не упоминались ни соавторы, ни завод, по заказу которого разработана МТЭУ-ВНУ. При регистрации никто не стал разбираться в патенте, нарушавшем нормы Гражданского кодекса РФ. Статья 1370 ГК РФ обозначает: «Изобретение, созданное работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, признаетсяслужебным изобретением. Исключительное право на служебное изобретение и право на получение патента принадлежат работодателю».

Ловкий «изобретатель»

С получением патента А.В. Кривошапко обрел единоличное право требовать вознаграждение со своего бывшего работодателя. Поставив перед этим фактом завод, ловкий «изобретатель» стал получать лицензионные отчисления за каждую установку, которую «КЭЗСБ» строил для угольщиков. Так продолжалось до того момента, пока у завода не сменились собственники, которых не могла устроить ситуация, когда завод за собственную разработку вынужден платить деньги левому «дяде».

В 2014 г. в Суде по интеллектуальным правам РФ (СИП) началось разбирательство о том, кто, когда и что изобретал. Судебные тяжбы продолжались три года. В 2016 г. «КЭЗСБ», как тогда казалось, сумел решить проблему. Суд признал заказчиком на разработку МТЭУ-ВНУ ОАО «КЭЗСБ», а само изобретение классифицировал как «служебное». На основании решения СИП завод стал равноправным патентообладателем.

В ходе упомянутого разбирательства всплыли весьма интересные факты. Например, в решении суда есть такая фраза: «Принимая во внимание озвученные указанным свидетелем сведения о ее взаимоотношениях с ответчиком и его представителями, коллегия судей пришла к выводу о ненадлежащем, заслуживающем порицания процессуальном поведении последних, выразившемся в подтасовке доказательств». Ответчиком, как мы понимаем, является А.В. Кривошапко. Видимо, с целью прикрыть нарушение ГК РФ А.В. Кривошапко в суде представил договор с неким ИП О.Ю. Ширяев, по которому последний, а не завод, выступал заказчиком разработки проекта МТЭУ-ВНУ. Однако, в силу неопровержимых доказательств, договор с ИП Ширяев суд охарактеризовал как мнимый, хотя и оставил А.В. Кривошапко сопатентообладателем наряду с заводом.

В соответствии с решением СИП и нормами ГК РФ завод стал использовать патент. Но не тут-то было. А.В. Кривошапко не смог просто так принять существующей ситуации, когда каждый из патентообладателей вправе использовать патент по своему усмотрению. Ведь это означало лишиться значительных денежных сумм.

А.В. Кривошапко начал выдвигать финансовые претензии к кузбасским предприятиям, которые использовали МТЭУ-ВНУ, изготовленные заводом. Порой складывалось впечатление, что небезызвестное правило «чем чудовищнее солжешь, тем скорее тебе поверят» близко к истине. И в случае с А.В. Кривошапко это правило действительно сработало.

Только в 2017 году от его имени выдвинуты следующие требования «за незаконное использование изобретения»:

— претензия к ОАО «СУЭК-Кузбасс» на 654 млн руб.

— иск к ПАО «УК «Южный Кузбасс» на 451 млн руб.

Казалось бы, любому человеку, почитающему Гражданский, впрочем, как и все остальные кодексы, ясно, что дело выеденного яйца не стоит. Но его требования неожиданно нашли поддержку в судах г. Кемерово, которые вынесли решения о взыскании с ОАО «УК «Кузбассразрезуголь» 46 млн руб. и 112 млн руб. с ОАО «КЭЗСБ».

Пикантная ситуация

В случае с «КЭЗСБ» принято решение, которое у специалистов по патентному праву вызывает, мягко говоря, удивление.

Давайте подумаем рационально. За 224 млн руб. построена МТЭУ-ВНУ. Любому обывателю понятно, что в стоимость установки входит оплата проектных, строительных, монтажных и пусконаладочных работ. Здесь же материалы и оборудование, в том числе дорогостоящая АСУ. Сюда включены налоги, сборы, зарплата рабочих и сотрудников. Полученная прибыль, естественно, будет ниже. Более того, она составит даже не 50%, а гораздо меньше. Но, несмотря на это, вынесено решение – 50% от стоимости воздухонагревательной установки завод должен отдать А.В. Кривошапко.

Во всем мире лицензионные отчисления и прочие виды авторских вознаграждений исчисляются в основном от полученной прибыли. Но в нашем отдельно взятом случае применены совершенно иные подходы.

Пикантность ситуации заключается в том, что в ходе разбирательств в СИП эксперты и специалисты пришли к выводам, что изобретение, по сути, таковым не является. Оно скомпилировано из ранее публиковавшихся в открытых источниках разработок. Впрочем, это, как оказалось, не редкость. Новым руководством ФИПС только за 2016 г. было отозвано 7407 патентов, что является рекордным количеством за последнюю пятилетку. Вот и в описываемом случае Коллегия Палаты по патентным спорам ФИПС 2 февраля 2018 г. признала патент «недействительным полностью», а 2 апреля 2018 г. Коллегия ФИПС отклонила апелляцию А.В. Кривошапко, аннулировав патент раз и навсегда.

В местном суде при вынесении решения по иску А.В. Кривошапко доводы о том, что само «изобретение», дающее право притязать на миллиарды человеку, который единолично присвоил достижения коллектива разработчиков, не сегодня-завтра попросту перестанет существовать, были не приняты.

Вероятно, одной из причин принятия оперативных решений без учета дополнительных обстоятельств в пользу истца будет являться наличие у него компетентной юридической поддержки, без которой добиться положительных решений по искам было бы достаточно сложно.

 

Кривошапко и компания

Действительно, группа поддержки у А.В. Кривошапко образовалась внушительная. В судах, в частности во время судебного разбирательства с ОАО «КЭЗСБ», со стороны истца дело вел преподаватель КемГУ по патентному праву В.В. Негодяев. Он не только успешный преподаватель и адвокат, но и коммерсант. Федеральный интернет-ресурс Газета.РУ, рассказывая о В.В. Негодяеве, отмечает, что он «на протяжении нескольких лет сдает в аренду помещения Кемеровскому областному суду и следственному управлению Следственного комитета РФ по Кемеровской области». Но на федеральном уровне В.В. Негодяев стал известен не из-за своих профессиональных качеств, а из-за резонансного ДТП, повлекшего смерть женщины.*** Газета.РУ по этому поводу приводит комментарий юриста Коллегии правовой защиты автовладельцев Александра Рыбалко: «Когда есть погибший или тяжкий вред здоровью, но дело не возбуждается, это вызывает большие сомнения в объективности следствия, Ведь на практике, если водитель, устроивший смертельное ДТП, — рядовой гражданин, то уголовное дело возбуждается сразу же, а уже потом начинают разбираться, виноват он или нет».

Упомянутый О.Ю. Ширяев тоже не является случайным ИП, подвернувшимся под руку А.В. Кривошапко. Ранее уже предпринимал попытки получения выплат от компаний за пользование результатами интеллектуальной деятельности, в частности от «ОАО Алтайского вагоностроения». Сами по себе эти факты ни о чем не говорят, но и тут вопросы только множатся.

Главный вопрос

Вопрос этот настолько интересен, что заинтересовал и Рудничное ОВД г. Кемерово, которое возбудило уголовное дело № 11701320060021755 по ч. 4 ст. 159 УК РФ «Мошенничество, совершенное организованной группой». По данному делу ОАО «КЭЗСБ» признано потерпевшим, а А.В. Кривошапко и О.Ю. Ширяев уже допрошены следователями. Пока они проходят свидетелями.

Характеризуя сложившуюся ситуацию, ПАО «Мечел», одна из ведущих мировых компаний в горнодобывающей отрасли, говорит о том, что предъявление подобных исковых заявлений является не защитой нарушенного авторского права, а способом незаконного обогащения.

Генеральный директор ОАО «КЭЗСБ» В.В. Асачев, комментируя решение Коллегии ФИСП об аннулировании патента, отмечает: «Это не только дает основания для пересмотра решения суда о финансовых взысканиях с завода, но и открывает возможность возврата лицензионных отчислений, поскольку патент признается недействительным с даты подачи заявки, то есть с 08.07.2008 г.».

В итоге получился юридический парадокс. Решение суда есть, но главного аргумента, патента, больше не существует. В этой связи совершенно непонятно, как в Кузбассе, области, которая пестует и бережет свой промышленный потенциал, могла случиться история, когда человек, владеющий сомнительным патентом, смог попытаться обложить данью предприятия, одно из которых является структурным элементом системы безопасности шахтерского труда, а другие – столпами угольной отрасли? На это еще предстоит ответить следствию.

Валерий Назаров

*** Газета.РУ

27.12.2016, 12:01

Адвокат Негодяев выбрал скользкий путь

https://www.gazeta.ru/auto/2016/12/27_a_10451351.shtml


 
 

Ваш поиск